Как стать матерым пилотом,
когда ты девочка-программист

авиация опыт обучение

АВТОР

Вероника
РОВКИНА

IT-специалист и пилот авиации общего назначения

Сейчас я — командир воздушного судна и готовлюсь обучать таких же, как я, влюбленных в небо. В летное училище поступать даже не думала, выбрала профессию программиста. Но небо не отпускало.

Зачем мне это

Мой дедушка был военным летчиком. Я выросла на историях о его подвигах. Папа хотел пойти по стопам отца, но коррективы внесла травма ключицы. Я же всегда смотрела на большие самолеты и думала: «Как классно быть пилотом!»

Однажды наткнулась на пост в Сети: в моем сибирском городе Омске можно записаться на ознакомительный полет. И… решилась.

Ознакомительный полет

Проходят полеты на базе сертифицированного учебного центра по подготовке пилотов авиации общего назначения. На всю Россию таких учебных заведений семь. Мне просто повезло, что один оказался под боком.

Так я оказалась в кабине пилота. Первый полет стал любовью с первого движения. Глаза загорелись.

Раньше я побаивалась высоты, но теперь взглянула на мир с другой стороны. Во всех смыслах этих слов. Весь полет я пыталась завладеть штурвалом. Наконец инструктор сдался. Расстаться с ним я не могу до сих пор. Не с инструктором, не подумайте, со штурвалом.

Вероника Ровкина за штурвалом

Стало ясно: летать я смогу. Это означало, что мне лишь осталось дождаться очередного набора. Поддержала меня и семья. «Дедушка бы тобой гордился», сказал папа, его очень вдохновила идея, что авиация станет семейной традицией.

Выбор инструктора

Девушки в АОН — обычное дело. Многие пилоты учат своих жен, чтобы летать в одном экипаже. Есть те, кому техника дается легко. Мне повезло, я из их числа.

Мой инструктор по летной деятельности сказал, что уже работал с женщинами. Хотел убедиться, все ли девушки мыслят одинаково, потому взял меня. Я была за.

Он военный летчик. При посадке мы целились не во входные ворота, а представляли, что сбрасываем бомбу на вражеский поезд. Чтобы «враги не засекли», тренировались на малых высотах. При таких полетах пилоты испытывают большие перегрузки, но это ничто по сравнению с захватывающими ощущениями.

Особенно военные настроения забавны потому, что мне не хватает роста. Я подкладываю на сиденье две подушки, чтобы видеть, что происходит за пределами кабины.

Женщины меньше боятся летать

Групповой пилотаж над Омском

«Не пускать девушек за штурвал — преступно», — подытожил инструктор, когда я освоила теорию и 28,5 часов летной программы.

Теория и практика

Учебный центр практикует интенсивный курс, где на теорию отводится восемь часов в день, итого — чуть больше 30 дней. Но я работаю инженером-программистом и по совместительству преподаю. Такой ритм не давал возможности дневного и быстрого обучения.

Практика — наземная и летная — 36 часов. Их я «выкатывала» по мере возможности. Можно справиться и за четыре недели, главное — уложиться в год. И тогда — в первый самостоятельный полет.

Вероника Ровкина со вторым пилотом экипажа

Обучение — это не просто аттракцион. Однажды, отрабатывая посадку, я попала в сдвиг ветра. Высота при снижении по глиссаде и так небольшая, а тут потеря и высоты, и скорости. Самолет мог просто упасть. Мне было реально страшно! К счастью, инструктор быстро среагировал и дал газу для ухода на второй круг.

Первый самостоятельный полет

О допуске я никому не рассказывала. Не хотела накручивать себя и нервировать родных. Просто пришла на аэродром и села за штурвал.

В голове звучал голос инструктора. Взлет, построение захода — и вот я на прямой. Приятное и красивое касание земли и уход конвейером на второй, заключительный круг.

Повернув голову в сторону полосы, я увидела — о, ужас: место инструктора пустое. Я начала вслух проговаривать конфигурации самолета, чтобы отогнать панику. Руки в этот момент сжимали штурвал все сильнее, а я дрожащим голосом доложила диспетчеру: «740 на прямой посадке». И вот оно — долгожданное касание полосы.

Позывной «740» дал мне инструктор. Так назывался еврейский танец, который танцуют после комендантского часа. В 7:40

Из самолета я выходила на подкашивающихся ногах, с трясущимися руками и полная гордости за саму себя. Все не зря! Все присутствующие на аэродроме инструкторы, техники и пилоты шли меня поздравлять. Я могла только улыбаться. В глазах были даже не искры, а целые пожары. Адреналин зашкаливал. Такого комплекта эмоций я не испытывала никогда! Уже позже предстоял анализ и разбор полета с работой над ошибками.

Селфи в кабине пилота

Пилоты и их женщины

Самый сложный момент в общении с другими пилотами — ревность их жен. Видимо, небо и самолеты ассоциируются с романтикой. Да и мне грех жаловаться на внешность, к тому же на аэродроме я значительно моложе всех.

Но на аэродроме я в первую очередь пилот и пришла я сюда не ради мужчин, а от любви и тяги к небу!

Сложный момент в общении с другими пилотами — ревность их жен

Пассажиры в АОН

Неподготовленный человек может лететь со мной, только когда я налетаю 100 часов. За два с половиной года мой налет приближается к отметке в 70. После сотни я вновь сдам экзамен — и только тогда… Очередь из друзей уже стоит, но первым, кто поднимется со мной в небо, будет папа. Я очень хочу показать ему небо таким, как его вижу я!

Вид из кабины пилота

Соревнования

На получении пилотского удостоверения я не остановилась — стала принимать участие в ежегодных региональных соревнованиях по сверхлегкой авиации.

С первой попытки стала четвертой, со второй — взяла серебро. Для объективности стоит отметить, что соревновалась с пилотами, у которых часов налета в два, а то и в пять раз больше.

Учить, чтобы учиться

Мой папа всегда говорит: «Если хочешь в чем-то разбираться, начни это преподавать». Мне предложили учить начинающих пилотов. Я с радостью согласилась. Прекрасно, когда любимое дело приносит деньги.

Конденсационный след от самолета

Получать коммерческое пилотское я все же не планирую, но в малой авиации хочу добиться статуса инструктора, продолжать участвовать в соревнованиях и развиваться в групповом пилотаже. Мне действительно нравится основная работа, но небо приносит больше эмоций. Пока погружение продолжается. И это счастье

фото: из личного архива Вероники Ровкиной


Теория: 35 000 рублей
Практика: первоначальная подготовка пилота сверхлегкого воздушного судна — от количества часов. Итого — от 350 000 рублей.
В дальнейшем есть возможность пройти переобучение на следующую категорию

— Найти сертифицированный Росавиацией и Минобром России учебный центр
— Пройти врачебно-летную экспертную комиссию

Комментарии 1

Написать
Ал
Пушечное мясо за 350 000 рублей
Ответить
Написать